ksonin: (Default)
Было бы бессмысленно заниматься политической экономикой, если бы это не давало возможности обсуждать какие-то конкретные события. Конечно, политэкономист, обсуждающий политика или какой-то эпизод - это примерно то же самое, что профессор биомедицины (скажем, с кафедры иммунологии), обсуждающий конкретного больного или конкретную болезнь. Или, скажем, профессор физики (например, теоретической), обсуждающий конструкцию нового моста или небоскреба в городе, котором он живёт. Учёный, конечно, понимает как что устроено - на основе общих соображений, но это и относится лишь к тому, что следует из общих закономерностей, под которые каждый конкретный случай может и не попадать.

Сидим тут, обсуждаем за чашкой кофе политические новости из Москвы. Наблюдается какой-то всплеск активности - переподчинение внутренних войск, угрозы новых ограничений в правах, усиление, до пародийности, пропаганды. Связано с ухудшением экономической ситуации или реакция на "Панамское досье"? Усилит безопасность режима или нет?

К слову, вовсе неочевидно, что переформатирование внутренних войск поможет Путину в случае волнений. Никто не знает как поведут себя войска (и, тем более, призывные) в случае внутреннего обострения. Тем более мало известно про поведение в таких ситуациях спецслужбы. Очень грубо, что мы знаем на собственном Российском опыте? Я бы выделил такие уроки.

Использовать войска в городах для создания "видимости превосходства" опасно. В Тбилиси в 1989-ом войска не пытались атаковать протестующих, но кровопролитие все равно произошло. В результате отношение в обществе и к политическому руководству, и к армии резко ухудшилось. Отчасти из-за этого через год войска были введены в Баку с промедлением в неделю, только после того как в ходе погромов были убиты десятки людей. В августе 1991 года наличие танков и тысяч солдат в Москве не помешало массовым мирным демонстрациям - то есть ли вообще хоть какой-то "эффект страха" на практике неизвестно.

Во время местных выступлений интересы местной и центральной власти резко расходятся. До сих пор неизвестно, кто отдал приказ об использовании войск в Вильнюсе в январе 1991-го, который привёл к гибели 15 человек, но ясно, что решения принималось кем-то, кто имел очень плохую информацию о том, что происходило на месте. Тот же пример (Вильнюс-91) и пример соседей (Киев в феврале 2014) показывают, что центральная власть тут же сваливает ответственность за силовые действия на исполнителей, как только появляются первые жертвы.

Профессиональные спецслужбы не выполняют приказ политического руководства, а решают по ситуации - кого поддержать. Часто поддержка базируется на ощущении относительно того, у кого больше шансов на победу. Это происходило в 1991-ом и 1993-ем годах в Москве, в национальных республиках в 1991-ом, в странах бывшего СССР во множестве случаев (Грузия, Азербайджан, Туркменистан, Киргызстан), включая Киев-04 и Киев-14. Примеров из истории авторитарных режимов по всему миру не перечесть. Всем известны румынские руководители безопасности, которые сначали расстреляли демонстрации по приказу Чаушеску, а через неделю - самого Чаушеску по приказу кто-там-взял-трубку-в-здании-ЦК. Но, если я правильно помню, и генерал Пиночет, командующий внутренними войсками (надо понимать, что латиноамериканские генералы - это аналог наших генералов внутренних войск и спецслужб, а не армейских генералов; в боевых действиях они в жизни не участвовали) - так вот, Пиночет согласился поддержать переворот только тогда, когда президентский дворец был взят штурмом, а президент Альенде мертв.

К слову, я бы не стал осуждать отказ Альфы и Вымпела от участия в военном перевороте 91-го и в событиях 1993-го года (хотя, опять же к слову, считаю, что Язов и Варенников изменили присяге и Родине). Это два разных случая: в 1991-ом нет вопроса о том, что путчисты нарушили закон; про 1993-из год у меня нет мнения о том, какая сторона была "легитимной". Возможно, это как раз и правильно, что в таких ситуациях спецслужбы решают "как пролить меньше крови", а не "кто легитимен". Но это теоретический вопрос - как они должны поступать, а в реальной жизни они игнорируют прошлое и целиком сосредотачиваются на том, чтобы на них не повесили последствия чьего-то приказа.

Про преобразование внутренних войск, подразделения МВД, в Национальную гвардию, итого. Я бы даже, пожалуй, предположил - без серьёзного взгляда на данные - что подчинение спецслужбы или каких-то войск напрямую политическому лидеру повышает вероятность неисполнения приказа в случае острой ситуации. То есть безопасности лидеру не добавляет. Потому что одно дело исполнять приказ в рамках стандартной цепочки, другое - самому отвечать за последствия, зная, что в случае жертв лидер от тебя откажется. И в августе 1991-го, и в октябре 1993-го в Москве регулярные войска выдвинулись куда приказано (хотя, см. выше, и зря), а вот спецслужбы приказы не выполнили (хотя, см. выше, и к лучшему).
ksonin: (Default)
Сначала за воскресным завтраком на даче и потом, уже когда я жарил шашлык, вёлся разговор о предстоящих выборах мэра Москвы. Ни тесть (математик, специалист по структурной теории колец), ни папа (математик, специалист по случайным процессам) не считают, что у меня, несмотря на публикации в APSR и AJPS - не смотря на то, что я экономист, у меня есть публикации в ведущих мировых журналах по политологии - есть хоть какое-то преимущество в анализе практической политики. (В ответ я считаю, что не хуже них разбираюсь в кольцах и слупах - то есть, конечно, разбирался бы, если бы мог отвлечься от экономических штудий. Но это к слову.) В итоге пришлось даже поспорить на 3000 рублей. (Мне нравится спорить о политике на деньги, но я не спорю на большие суммы - даже если в чём-то уверен.)

Ужас в том, что про эти конкретные выборы у меня есть несколько соображений, которые не складываются в единую картину. Да, я знаю, что есть люди - в том числе замечательные политические комментаторы и знатные социологи, у которых всё складывается, но мне ничего из того, что я видел, не представляется убедительным. А у меня соображения - внимание, противоречащие друг другу! - вот такие:

1. Сергей Собянин не может выиграть эти выборы. У Собянина есть "потолок" голосов, которые он может набрать - что в первом туре, что во втором, где-то в районе 35-40%. В 2011 году всё было завешано портретами Собянина с агитацией за "ЕдРо" и они набрали около 30-35%; Путин набрал в марте 2012 с использованием супер-максимального мобилизационного ресурса 46%. У меня не получается представить, откуда могут взяться дополнительные голоса за Собянина. Теоретически, могут быть такие люди, которые ценят Собянина как мэра-хозяйственника (действительно, сделавшего немало) и не поддерживают Путина, но я никакого разумного описания-идентификации этих людей не видел. Для победы на выборах в Москве нужно совсем другое "позиционирование".

2. Никому, кроме самого Собянина, не нужна его победа на честных выборах, потому что мэр Москвы, по опыту последних 20 лет, это лицо в государстве не выше второго и не ниже третьего. Избранный "по-настоящему" мэр Москвы автоматически становится в глазах человеком, сравниваемым с президентом Путиным. Это "преемник", причём "преемник" с легитимностью, идущей не от нынешнего лидера. Такими бывают "бархатные революции" - и в случае победы Собянина, и случае победы "другого кандидата". (В разных случаях ударение по разному падает на "бархатная" и на "революция".) Однако чтобы действующий лидер добровольно соглашался на "бархатную революцию?"

3. Проведение "нечестных выборов" в Москве чревато крайними осложнениями. Конечно, судя по последним публичным шагам (объявление о разводе, реформа РАН) - очевидно непопулярным - в Кремле царит спокойствие и уверенность в завтрашнем дне, но чтобы своими руками возвращать то, что было причиной протестов в 2011-12? Навальный может не победить, но если кто помнит 1989-й год, когда у Бракова было тотальное превосходство над Ельциным в СМИ и рекламе в московском округе (по выборам на первый Съезд народных депутатов) и ожидалось (сейчас это помнят по-другому, но ожидалось именно это) разгромное поражение Ельцина, как можно будет спокойно ждать дня выборов? (Ельцин тогда набрал 85% голосов.) До обсуждения программ дело ещё дойдёт, но что точно можно сказать про Навального - это первый российский политик за двадцать лет, которого окружают на улице толпы искренних поклонников - у Ельцина-то это было на краткий миг в 1991-ом, а с тех пор ни у кого не было.

Да, я знаю, что мои пункты 1-3 не бьются друг с другом. Чтобы сложилась картинка, нужно отказаться от одного, а лучше от двух пунктов. Ну вот я не могу понять, от каких.

UPD: Financial Times процитировала этот пост (пункт 1), не обратив внимание на небольшую тонкость - что пункт 1 противоречит пунктам 2 и 3. А вот Борис Акунин со мной полностью согласен.
ksonin: (Default)
В «Старбаксе» на Арбате за полтора часа до митинга на Новом Арбате есть время и есть кофе (необходимый элемент моего «эспрессо-анализа»), чтобы суммировать элементарные соображения о нынешней политической ситуации.

(1) Нет ничего странного, необычного и плохого в том, что президентом страны становится человек, которого едва поддерживает 50%. То, что у него 49%, а не 57% могло бы быть важным, если бы на выборах было два кандидата и голоса второго были бы «100% - голоса первого». При таких выборах как у нас, очевидно, что Путин пользуется большей поддержкой, чем любой другой кандидат. (Это утверждение трудно обосновать для кандидатов, не участвовавших в выборах, типа Алексея Навального, но можно предположить, что это верно.) Значит, 49%, 53% или 57% - не особенно важно.

Примеров – полно (стандартная вещь на демократических выборов - голосовать за "наименее противного кандидата"), но можно вспомнить Ельцина – президента, который большую часть своего правления был «президентом меньшинства».

(2) Кандидат, который выигрывает выборы с результатом между 40 и 60 (можно с уверенностью говорить о том, что у Путина нет 60% без прямых фальсификаций), может управлять страной только в том случае, если строит свою практическую политику до какой-то степени «коалиционно». Можно привлекать в правительство людей из оппозиции – из коммунистов, например, или из «москвичей», можно делать какие-то реальные (не PR) уступки, но без этого эффективно управлять невозможно, и это не нормативное («нужно учитывать интересы оппозиции»), а позитивное («ничего не получится, если не учитывать интересы оппозиции).

В плане популярной поддержки Путин сейчас примерно в положении Ельцина в 1993-1994 году – нет сомнений, что он побеждает любого другого «один на один» и также очевидно, что ему не хватает популярности – ни в народе, ни в «элите», чтобы оппозицию не учитывать. В эфире у Соловьёва 4-го марта об этом говорили чуть ли не все, а там была, мягко говоря, "пропутинская" выборка говорящих голов.

(3) Основная проблема с Думой (проблемой в том числе для Путина) состоит не в том, что она «нелегитимна», а в том, что она не представительна. Имея дело с Думой, Путин имеет дело с той половиной населения (и меньшей частью Москвы), которая его и так поддерживает. Новые выборы в Думу через год чреваты для Путина многим, включая утрату «путинского большинства», которое в парламенте-то есть, но лучше иметь дело с чужим, но представительным парламентом, чем со «своим», но непредставительным.

(4) К сожалению, всё, что мы знаем о Владимире Путине говорит о том, что никакого п.2 не будет. Он, похоже, органически не может работать ни с кем, чья точка зрения на то, как должна развиваться наша страна, отличается от его. Он просто не признаёт, что кто-то может (а) любить нашу страну и (б) считать, что в области практической политики нужны не такие шаги, которые считает нужными Путин.

Трудно представить, что новое правительство – прекрасная возможность «расширить коалицию» - будет действительно новым. Что за реплика про то, что «Прохоров мог бы работать в правительстве?» Никому в России работа Прохорова в правительстве не нужна так, как она нужна Путину. Чтобы расширить свою поддержку – хотя бы в Москве, Путину нужно было бы упрашивать Прохорова войти в правительство (трудно представить, что Прохорова мог бы заинтересовать другой пост, кроме премьер-министра, так что надо было бы искать возможное решение с Дмитрием Медведевым). Конечно, голоса так просто не суммируются и из 20% москвичей, поддержавших Прохорова, большей части могло бы не понравиться, что он входит в правительство (хотя, к слову, число поддержавших это, если он станет премьером, будет, очевидно больше, чем если он займёт меньшую должность). Также неочевидно, что это нужно самому Прохорову, так что Путину, которому это нужно очень, пришлось бы идти и на большие уступки.

Честно говоря, от нового путинского правительства я ждал хотя бы "локальной новизны" - лидеров моего ("среднего") поколения хотя бы на постах министров образования, экономики, молодёжи и, быть может, вице-премьерских постах, но что-то и насчёт этого  у меня сомнения. (И это при том, что нам, конечно, нужно "глобально новое" правительство - потому что "застой" на уровне министров ощущается очень чётко; на уровне замминистров и ниже всё намного лучше.)

Даже PR-ходы в пользу этих людей (которых в России, напомню, половина населения), даются со всё большим трудом. 4 марта вся «команда Путина», как я понимаю, была в ужасе после его выходки на митинге, когда он фактически объявил половину населения страны (и большую часть жителей Москвы) «врагами», от которых страну нужно «защищать». 7 марта «военная» риторика сменилась «уголовной» («цыкать гнилым зубом»), но что-то у меня нет ощущения, что это более популярно…

Всё это, надо сказать, довольно грустно. У Путина в 2012 году есть возможность быть настоящим президентом, но он, не желая заниматься политикой, её будет постепенно утрачивать. Чем это кончится, хорошо известно, а вот сколько продлится – один год или пять – Бог весть.
ksonin: (Default)
Несколько дней назад промелькнуло сообщение, что принята новая стратегия путинского штаба – по максимум убрать самого премьера-кандидата с экранов. Поскольку это следует, вроде, стратегии полностью убрать в тень Медведева, сосредоточить усилия на «ожиданиях победы в первом туре», привлечь на свою сторону - расколоть элиту протестного движения, одновременно "придавливая наблюдателей", и т.п. – я подумал, что, видимо, в Кремле, после кошмарной осени, на самом деле начавшейся ещё в мае (массовое разочарование в Медведев его интеллектуальных сторонников началось именно после сколковской пресс-конференции), наконец, наступил «ельцинский момент 1996-го». Тогда, видя, насколько упала личная популярность президента, собиравшегося на второй срок, ближайшее окружение сумело круто изменить устройство, ход и, как показало развитие, результат предвыборной кампании.

У Путина до конца января наблюдалось, наоборот, прямо противоположное. Казалось бы, опросы, что открытые, что закрытые, показывают, что каждое появление премьера на телевизоре только увеличивает число его активных противников и сплачивает их ряды, и наоборот – деморализует его сторонников. Очевидно, что главный шанс Путина – это те, кому он пусть не особенно симпатичен лично (таких уже просто слишком мало), но которые считают пребывание у власти одного и того же человека признаком стабильности (таких как раз достаточно). Им нужно было бы рассказывать про достижения последних десяти лет, не упоминая, без крайней необходимости, слова «Путин». Кампания 1996-го года, к слову, была не промоушеном бренда «Ельцин» - это была целенаправленная и успешная агитация за «меньшее из зол».

До декабря ошибки и сбои путинского штаба объяснились, видимо (я, упаси Боже, не «инсайдер»), тем, что в мае с созданием ОНФ (вторая, вслед за пресс-конференцией Медведева, крупная ошибка) у кампании стало «две головы». Но, видимо, в то время эйфория всё ещё доминировала – чем, иначе, объяснить, что, в дополнение к объявлению о кандидатстве Путина (это, допустим, было необходимо) было объявлено, что следующим премьером будет Медведев? Пост премьер-министра в нынешней ситуации – идеальный «предмет торга». Сейчас бы Путину вытащить кого-то из молодых министров, сотрудников администрации, губернаторов, бизнесменов и рассказать про новое правительство. Кого-то, кто хотя бы «расколол Болотную» («расколол» не в PR-cмысле, а в политическом) и увеличил бы рейтинг премьера до 30-40% в Москве и Петербурге. Тот же Кудрин. Так нет – место уже заранее занято, причём заведомо – самым неподходящим человеком. (Дело не в том, что Медведев не способен быть хорошим премьером. Проблема в том, что он максимально непопулярен в точности среди тех групп населения, из которых Путину нужно "вернуть", чтобы удержать власть, хотя бы некоторую часть. Как Ельцина сочли меньшим из зол те, кто отвернулись от него в 1993-1995-ом.) Рогозина назначили вице-премьером с той же, конечно, целью, но «националисты» - не самая проблемная для Путина группа.

Но, видимо, разброд продолжается и после декабря. Более того, он усиливается. Чего стоил «наезд» Путина на Белых – это при том, что Белых – это в точности один из тех людей, которых Путину нужно было бы срочно звать в премьеры – или хотя бы, как Рогозина, в вице-премьеры. (Ельцин, столкнувшись с реальной угрозой потери власти в августе 1998-ого, согласился не только на Примакова, но и на коммунистов Маслюкова с Куликом – в качестве вице-премьеров.) Так нет, Путин как будто поставил задачу – поддерживать единство «антипутинского блока» по признакам «молодость-образованность-относительный достаток». Посмотреть на вчерашние слова про «оранжистов» - как будто кто его за язык тянет… Раз за разом твердит про «столицу» vs. «настоящую Россию» - при том, что такого раздела как раз нет. (Кто не верит – посмотрите на результаты ЕР в Ярославской, Владимирской, Волгоградской областях – это, поверьте, никакая не столица.) Если так твердить дольше, можно и преуспеть – объединить против себя столицы, не получив ничего от «антимосковской» пропаганды в регионах (для успешной «антимосковской» пропаганды нужны сильные местные, не зависящие от центра лидеры - это вообще бесполезная для Путина стратегия).

Короче, даже после 24 декабря, когда на улице Сахарова оказалось гораздо больше народу, чем я ожидал, я думал, что Путину относительно легко удастся «победить по официальным результатам» в 1-ом туре и пережить протесты, которые последуют непосредственно за этим. Это не гарантирует, конечно, пребывания у власти на 6 лет (напомнить, на сколько лет был избран президентом СССР Горбачёв М.С. в марте 1990 года?), но решает текущую задачу. Но это было при условии – и том, чего я ожидал, что в его штабе осознают, что происходит и возьмутся за ум. Однако теперь и в этом у меня есть некоторые сомнения.
ksonin: (Default)
О-о. В части эспрессо-анализа - это первая настоящая новость в большой российской политике (на уровне имён) в последнее время.

В прошлую пятницу меня приходили расспрашивать 14 журналистов из четырех скандинавских стран - "тур" по Москве включает, как правило, "встречу с экономистом".  Спрашивали, с кем стоит говорить - кто может быть следующим лидером? Кудрин? Я говорю - в "путинской команде в широком смысле" есть один серьёзный политик - Дмитрий Рогозин (тут я был прав). Только его никуда не назначат, потому что он-то как раз может быть "преемником" (тут нет). О, сказал один из журналистов - я с ним вчера разговаривал...

Если уж продолжать теребить кофейную гущу - можно теперь ожидать серьёзных реплик и ходов ещё кого-то из правительства.Там должна быть куча недовольных. 

Впрочем - может быть, кофейная гуща обманывает - и назначение Рогозина - придуманный вчера на коленке пиар-ход по нейтрализации Навального... Мне лично Рогозин кажется слишком серьёзным политиком для такой игры, но я вообще всё слишком серьёзно воспринимаю.
ksonin: (Default)

У меня какой-то специфический комментарий к сегодняшнему выступлению президента Медведева и понедельничному – премьера Путина. Я уж было собрался писать пост «Газета выступила – дело сделано» - выступления Путина и Медведева так хорошо следуют советам из моей понедельничной (то есть сданной вечером воскресенья) колонки, что прямо зависть берёт. Но это ерунда, конечно – я и пытался в колонке описать самые очевидные шаги и слова (конкретика борьбы с коррупцией и децентрализация власти). Вот они и произнесены. (Сноска: если кто думает, что я считаю себя очень крутым политпредсказателем – нет, не считаю. До 4 декабря я год говорил, что мы находимся где-то посередине путинского правления...)

А специфический комментарий вот такой. Во многих отзывах самых думающих и внимательных комментаторов много говорится про то, что обещания политических преобразований – какая-то разводка, обман и т.п. Что под «прямыми» выборами губернаторов президент Медведев имел в виду хитроумную процедуру, не имеющую отношения к выборам, которую упомянул в телевстрече с гражданами премьер Путин. Что, как правильно обратил внимание Григорий Голосов, все эти реформы относятся к 2016-2018 годам, бесконечно далёким, по политическим меркам, временам. Ну и т.д. 

Полноте - какая же это разводка. За неделю пришлось публично отказаться, так или иначе, от всего во внутренней политике, что с таким трудом выстраивалось восемь лет. Даже если Путину удастся удержать власть ещё на годы, всю риторику-технику-организацию придётся строить с самого начала. Изменения в политике происходят необязательно в момент принятия формальных решений - уже слова Путина про "полупрямые выборы" изменили динамику внутри регионов: местная элита уже чуть сильнее стала прислушиваться к местным героям, которые принесут массовую поддержку, чуть слабее - к голосу Москвы. 

Всё дело объясняется, мне кажется, двумя соображениями. Во-первых, Путин и Медведев не считают политику конкуренцией, в которой побеждает сильнейший – они ни на секунду не сомневаются в том, что именно они должны быть руководителями страны. Во-вторых, они искренне пытаются быть «слугами народа».  Именно что совершенно искренне. «Народ» 10 декабря послал им «запрос» - они, как могут,  пытаются запрос исполнить. Того, что митинги – прошедший на Болотной и будущий на проспекте Сахарова – обращены, в сущности, не к ним, они не замечают...

ksonin: (Default)
Григорий Голосов пишет о проблемах, с которыми столкнётся новый президент (в случае, который сейчас уже не выглядит таким невероятным, что выборы 4 марта дадут президента - не Владимира Путина). В частности, речь идёт о том, что делать с "оппозиционной" Госдумой (она, правильно, не будет оппозиционной в прямом смысле). Мне кажется, что Григорий забывает о том, что новым президентом может быть Геннадий Зюганов - в этом случае не так уж очевидно, что ему захочется распускать Думу: почему, собственно, новая будет в большей степени "его"?

И вообще - это, конечно, очень общее наблюдение - при всякой смене недемократической власти, даже самой, не дай Бог, революционной смене - важным качеством для "претендентов на престол" - способность успокоить "средний уровень" текущего руководства и, возможно, привлечь на свою сторону (прежде всего, неявным обещанием того, что будет не хуже, чем прежде) часть "высшего руководства". 
ksonin: (Default)
Николай Злобин, "инсайдер" в предельно-возможной для независимого политолога степени, рассказывает в интервью Slon про "информационный вакуум" Путина, то есть про то, про что я, "аутсайдер" в предельно-возможной степени, только теоретически догадываюсь.
ksonin: (Default)
По мотивам сегодняшнего выступления Путина у меня один вопрос, серьёзный, и одно опасение, несерьёзное. Вопрос (кстати, ответы на вопрос, предшествующий выступлению, были очень интересными) такой - как вы считаете, Путин знает о массовых фальсификациях, о том, что в Москве ЕР набрала без фальсификаций, по всей видимости, 25%, и что в Питере - 32% по официальным данным (что, в сущности является ещё более поразительным результатом)? Кажется, вопрос тривиальный - как он может не знать? Но он говорил про видеокамеры на избирательных участках - то есть не понимает, что они покажут?

В том, что видеокамеры Путин воспринимает всерьёз и именно в том ключе, что они обеспечивают прозрачность, подтверждается тем, что он тут же напомнил о видеокамерах в деревнях, в которые шло восстановление после пожара на бюджетные деньги. Там видеокамеры точно стояли для того, чтобы деньги не украли (или точнее, чтобы гарантировать, что их не украдут полностью). Поразительная мысль о том, что Путин, возможно, не знает о фальсификациях (и, значит, не знает о своей упавшей популярности - возможно, не знает в специальном смысле) подтверждается ответами и на многие другие вопросы. Ответы звучат хорошо, если бы они были произнесены популярным политиком, для политика, борющегося за восстановление популярности, некоторые были, пожалуй, несколько самонадеянными.

А несерьёзное опасение такое. Путин сравнил белые ленточки - кстати, на митинге мне подарили белую ленточку, но она была с рекламой "Нах-Наха", так что я её носить не стал - сравнил белые ленточки с "контрацептивами" - презервативами, по всей видимости. Никто же не станет использовать их в виде символа на следующих протестах, да? А то этот символ так подходит к графику плотности нормального (гауссова) распределения при небольшой величине стандартного отклонения, что просто жуть берёт. Может, этот график и навеял, действительно, премьер-министру ассоциацию. Что ж, значит, плакаты   "Верим Гауссу!" он видел... 
ksonin: (Default)
Ну что, какой прогноз на завтрашний разговор Путина с гражданами в прямом эфире? Не исключено, что это выступление - первый чуть ли не за десять лет настоящий бой за своё политическое выживание.

Признает ошибки? Найдёт "козлов отпущения"? Пойдёт на реальные уступки - например, объявит о возвращении губернаторских выборов? Это с одной стороны, сделать необходимо, с другой - крайне нехарактерно. Да и признание ошибок - стратегия рискованная; почувствовав слабость, оппоненты могут только воспрянуть духом.

Выступит жёстко? Обвинит в происках мировую закулису? Вспомнит об СССР? Основная проблема Путина сейчас - устойчивый консерватизм его взглядов и позиций, неуместных в сильно изменившемся за много лет мире. Это десять лет назад ностальгию по СССР могло разделять большинство, сейчас значительная часть граждан - это просто другие люди...
ksonin: (Default)
Что-то все говорят о том, что выдвижение Прохорова - дело рук нынешних кремлёвский обитателей, а мне всё ума не хватает понять - зачем им это может понадобиться. На парламентских выборах понятно - он мой играть роль "спойлера", отнимая голоса у "Яблока", скажем (тогда это казалось абсурдным, но, не исключено, "Яблоко" преодолело 7-процентный барьер 4 декабря, так что не так уж это было абсурдно). Или, скорее, смысл был в создании "ручной" правой партии, которая бы утянула бы часть поклонников Немцова-Рыжкова-Милова-Касьянова-Яшина (которых мало в масштабах страны, но которые своей активностью влияют на происходящее).

Однако какой смысл для Путина и Ко в участии Прохорова в президентской кампании? Конечно, Прохорова можно было бы круто победить во втором туре (одна из черт, выделяющих Прохорова из числа выдающихся российских бизнесменов - наличие крупного "багажа" - и неудачный высказываний, и непопулярных историй). Но что такое "Прохоров с Путиным во втором туре"? Что это за сценарий? Это означает, что Прохоров набирает больше, чем Зюганов. Представить, что Зюганов наберёт меньше 20 процентов, очень трудно. Что за ситуация, в которой у "третьего" - 20 процентов. Это, в наших условиях, означает, что у "первого" будет максимум в районе 40, а то и меньше. Что-то типа Путин 40%, Прохоров 25%, Зюганов 20%, Жириновский 5%, Явлинский 5% в первом туре. 

Так может получиться, конечно. Но самим планировать эту ситуацию? Риск очень большой - разница между 25% Прохорова и 20% Зюганова очень невелика, а неопределённость огромная. (Связана прежде всего с тем, что очень трудно предсказать уровень гражданской активности противников Путина перед выборами и в день выборов, и ещё труднее заранее предсказать эффект "разочарования, усталости и страха" среди тех, кто организовывал фальсификации 4 декабря - надо помнить железное правило "полудемократической политики" - результаты манипулируются в пользу тех, от кого ожидают победы.) Второй риск связан с тем, что даже "ручной" политик, набравший в первом туре 25% голосов, может оказаться не столь ручным, как ожидалось, но это Бог с ним.

Главное, это то, что большую часть голосов, которые набирает Прохоров, он будет отбирать у Путина. Иначе - либо не будет отбирать (у коммунистов - у них бы мог отобрать Рогозин, но Прохоров разве что мобилизует коммунистический электорат), либо - там слишком мало (у всех остальных), да и зачем? Короче, мне хотелось бы услышать другое объяснение выдвижению Прохорова...

Всё это гадание на кофейной гуще, конечно, с чего я и начал. Спасибо, конечно, тем, кто 4 и 10 декабря сделал российскую политику снова интересной.
ksonin: (Default)
После провала 4 декабря политик-претендент на президентство-2012 должен был испугаться. Речь не идёт про физический страх, а только про политический расчёт. Испугаться можно, грубо говоря, двумя способами – как Ельцин зимой 1996-го и как (коллективный) Янаев летом 1991-го.

Испуг типа «Ельцин-зима-96».  (Если в Кремле объясняют провал 4 декабря в основном экономическими причинами.)
Нужно не только тратить деньги (в 2011 потрачено было очень много). Нужно идти на большие уступки. Ельцин зимой 1996-го сделал поворот во многих политических направлениях. Уволил вице-премьера Чубайса – уступка электорату, колеблющемуся между ним и коммунистами. Им же – меры по борьбе с невыплатами зарплаты и увеличение пенсий. Съездил в Чечню и объявил мирные инициативы – уступка «либеральной части» спектра – тем, кому коммунистический кандидат был менее привлекателен, чем демократический, но которых трудности последних лет увели от Ельцина. (Именно их «возвращению» Ельцин обязан победе в 1996-ом.) Про уступки губернаторам – тем более. Уступки «ястребам» - назначение генерала Лебедя – тем более. Олигархам – тем более.

Что должен сделать Путин в рамках этой стратегии?

Уволить наиболее непопулярных министров и сотрудников администрации. Уволить кого-то «за коррупцию» - ещё лучше. Назначить на какие-то важные посты «знаковые» фигуры для тех групп, чьи голоса Путин растерял, но хотел бы вернуть. Например, популярных мэров и губернаторов из регионов, где  ЕР набрала мало голосов. (Президент Медведев успел высказаться о возможном увольнения этих губернаторов – у политических советников должны волосы на голове встать дыбом от такой идеи. Так можно, действительно, и массовые волнения спровоцировать. Или речь только о тех, кто сам возглавлял список?) На видимые, но церемониальные посты (условно, Совет безопасности) назначить известных военных (условно, Куроедова, Шаманова, и т.п.).  

Пойти на значительные уступки системной и «несистемной» оппозиции. «Системной» - например, вице-председательские посты в Думе Миронову и Зюганову. Не исключено, что открыто пообещать премьерский или вице-премьерский пост тому же Зюганову – я понимаю, что пост премьера уже публично обещан, но реально Зюганов, согласившись, принесёт больше голосов, чем Медведев. (Не в том дело, что Зюганов популярнее Медведева, а в том, что голоса сторонников Медведева у Путина и так есть.)

«Несистемной» - больше уважения. Фанаты (условно) Яшина и сторонники Немцова не проголосуют за Путина, конечно (но и это и небольшой процент голосов), но «молчаливые миллионы», не поддерживая Яшина-Немцова, похоже, с неодобрением относятся к преследованию оппозиционеров. Другими словами, если допустить (условно) Касьянова до президентских выборов, то возможен выигрыш среди тех, кто за Касьянова не голосует, но не хочет, чтобы его отстраняли от выборов. Может быть, нужно помиловать Ходорковского и Лебедева (это как раз типичная задача для социологов – сделать фокус-группы и опросы – как отнесутся избиратели, особенно «молчаливые миллионы», к этому?).

Ездить все четыре месяца по стране, как Ельцин в 1996-ом. Выступать на митингах и встречах с избирателями, несмотря на возможный свист. Всё-таки свист в «Олимпийском» был вызван необъявленным появлением на мероприятии, куда люди пришли вовсе не смотреть на премьера. На митинге в поддержку такого не будет – туда придут люди, которые скорее положительно относятся к политику.

У Путина есть серьёзные преимущества перед Ельциным в 1996-ом – и единая команда во власти (с очень высоким уровнем доверия внутри команды), и гораздо больше денег. Что очень важно, Путин находится в хорошей физической форме. Собственно, велик шанс, что он выиграет, ничего не меняя в своей политике – я просто предполагаю, что он собирается что-то поменять.

Проблема Путина в 2012, по сравнению с Ельциным  в 1996-ом, состоит в том, что телевизионной и прочей рекламы его преимуществ уже так много, что её реально трудно увеличить. (Экономист скажет – при таком высоком уровне предельная отдача от дополнительных усилий становится слишком маленькой.) В 1996-ом «Голосуй, а то проиграешь» оказалась эффективна после пяти лет вялой и непрофессиональной информационной политики ельцинских правительств… Поэтому мне и кажется, что на пути увеличения пропаганды – тупик.  

Совсем коротко, надо заняться политикой, а не политической рекламой. Я в то, что будет выбран это путь, не очень-то верю, но считаю, что он, в принципе, перспективен.

Испуг типа «Янаев и Ко-лето-91».  (Если в Кремле объясняют провал 4 декабря подрывной работой незамеченных до этого организаций.)

В этом случае нас в конце концов ждёт что-то типа ГКЧП – попытки завернуть гайки намного сильнее, чем сейчас. (Члены ГКЧП, напоминаю, были уверены, что спасают страну от внешних и внутренних врагов и что население ждёт этого спасения.)

В этом сценарии кого-то учить, только портить. Кричать погромче о внешних и внутренних врагах, провоцировать международные мини-конфликты, показательно закрывать «Эхо Москвы», Slon и т.п. Этот вариант мне представляется довольно вероятным, а вот результат примерно таким же, как и в 1991-ом. 
ksonin: (Default)
(1) У президента Медведева позднее зажигание. Его срок пребывания у власти, фактически, закончился, и тут он вдруг проявил – в сущности, по делу – решительность. Такую бы решительность после терактов или управленческих провалов.

(2) Есть ли у Кудрина «политическое будущее»? Со одной стороны, нет, и аналогия с изгнанием Ельцина из Политбюро, которое заложило основу его последующего восхождения, кажется преувеличением. Кудрин не проявлял большого интереса к публичной политике. Если это интерес специально не будить (как разбудили когда-то интерес к политике у Юлии Тимошенко, посадив её в тюрьму), то он ей и не станет заниматься. Сейчас, слава Богу, есть куда больше возможностей заняться чем-то, что приносит моральное и материальное удовлетворение, не занимаясь борьбой за власть, чем у Ельцина в 1987 году. Впрочем, никто не будет сажать Кудрина в тюрьму, потому что никакой борьбы за власть в обозримом будущем не предвидится.

(3) А с другой стороны, это неправда, что из министров финансов не выходят лидеры стран. В Латинской Америке – а это самый подходящий для нас источник аналогий – было несколько технократов-экономистов, успешно перешедших в публичную политику. Это правда, что министров финансов нигде не любят. Но бывают времена, когда хороших министров финансов начинают очень сильно ценить. Трудные времена.

(4) Что отличает Кудрина от многих министров, что он – и в глазах элиты, и в глазах людей – входит в число тех, кого «можно себе представить» президентом страны (реальным). Такого рода авторитет не то же самое, что «власть». У Геннадия Бурбулиса в 1992 году, у Бориса Немцова в 1997-ом или у Игоря Сечина сейчас власти много, но как потенциальных руководителей страны их никто не воспринимал.

(5) Подходящий момент для ухода с поста министра финансов. Уже в последние годы расходы росли слишком сильно (социальные) и неправильно (через всякого рода госкорпорации), а чем дальше – тем сильнее будет эта тенденция. За следующие десять лет Кудрин мог бы свою репутацию и растерять. Как будет противостоять давлению и внутренних и внешних лобби новый министр, трудно себе представить.

(6) Расстраивает то, что список потенциальных преемников Кудрина примерно совпадает с точно таким же списком десятилетней давности – Сергей Шаталов, Сергей Алексашенко…

Дополнение: сегодняшний комментарий Сергея Гуриева и Олега Цывинского в "Ведомостях".
ksonin: (Default)
Алексей Кудрин сказал, что хочет быть премьером. Надо сказать, это было бы очень хорошо - во многих отношениях это - лучший вариант из всех возможных. В поддержку Кудрина в качестве премьера я уже не раз писал - в колонке в "Ведомостях" - и в 2007, и в 2011.  Впрочем с Кудриным - премьером есть две проблемы, маленькая и большая.

Маленькая проблема состоит в том, что свободное премьерское место ("настоящее премьерское место") есть только в том случае, если президентом становится Путин. Если выбирать из двух вариантов (а) "Путин - президент" и (б) "Путин числится премьером, но является, де-факто, президентом" (близко к нынешней ситуации), я бы выбрал (а). Но в реальности это не я выбираю :)

Большая проблема Кудрина состоит в том, что он - "слишком большая" фигура для того, чтобы быть премьером даже при "сильном" президенте. Все премьеры Путина были слабыми, не имеющими собственной политической базы и не представляющими не малейшей, даже гипотетической угрозы лидеру.

UPD: Редакционная статья "Ведомостей" поддерживает кандидатуру Кудрина в премьеры - это был бы лучший вариант из всех возможных и подробно и убедительно объясняет - почему.
ksonin: (Default)
ВЕДОМОСТИ

Правила игры: Шанцев нет Собянин

В навыки политического обозревателя входит умение давать расплывчатые прогнозы. Сформулировать так, чтобы, когда ситуация разрешится, можно было указать на строчки в колонках, показывающие, что ты оказался прав. Тем более если ситуация выглядит так определенно, как с кандидатурами, из которых президент будет выбирать нового мэра Москвы. Сергей Собянин, бывший губернатор Тюменской области, руководитель администрации президента и вице-премьер, выглядит фаворитом не только потому, что у него выдающийся послужной список. Уже как минимум три года говорят о том, что его специально готовят на этот пост. Но я думаю, рискуя подпортить репутацию политического предсказателя, что назначен в итоге будет не он, а кто-то другой — скорее всего, Валерий Шанцев.   Читать целиком

Обсуждение на Эхе сегодня.

Обсуждение на Эхе в прошлое воскресенье.
ksonin: (Default)
Кофейная гуща не даёт возможность угадать мэра, которого предложат вместо Лужкова. Больше "Ведомостей" никто, похоже, не знает, а "Ведомости" знают много, но имени не знают. Мой прогноз - выбор будет сделан по критерию "не представляет ни малейшей опасности как кандидат на роль лидера страны".

Однако некоторые вещи становятся яснее. Например, тот факт, что никакой партии "Единая Россия" не существует. Мне так всегда казалось - это просто внешняя конструкция, к которой по должности принадлежат подавляющее большинство руководящих госслужащих, но это ни чем не похоже на такие партии как ИРП в Мексике, КПСС в России, КПК в Китае, ЛДП в Японии. При всех их значительных различиях - и по происхождению, и по исторической эволюции, и по внутреннему устройству - это были или есть партии, которые контролировали органы госвласти. Решения принимаются внутри, а потом воплощаются с помощью членов партии, занимающих официальные посты.

Если снятие Лужкова - одного из основных архитекторов (большей половины!) и руководителей партии прошло вне партии, это означает, что её всё-таки, нет. Это означает, что  ЕР никак не может быть использована Путиным для контроля над Медведевым, если, например, будет подписан указ о его отставке с поста премьера. В частности, нет никакой возможности использовать фракцию ЕР в Думе для (теоретически возможного) импичмента. Другими словами, ЕР принадлежит победителю борьбы, а не одной из сторон.

Мы со Скоттом Гельбахом когда-то написали колонку в Moscow Times (там внизу комментария приведена вся колонка) в связи с назначением Зубкова. Колонка написана в спешке - её попросили написать "по следам" горячей новости. Результатом спешки стала некоторая раздвоенность анализа - я считал, что назначение Зубкова - это элемент конструкции сохранения единоличной власти Путина, а Скотт - что, напротив, это сигнал о том, что Кремль пытается построить институционализированную правящую партию по типу мексиканской. Мы так увлеклись спором об этой аналогии, что позорно назвали ИРП - Institutionalized Ruling Party, хотя она, конечно, Институционально-революционная...

Смешная ошибка. А по сути - я был прав насчёт перспектив ЕР. России, может, и неплохо было бы иметь правящую партию. (Партийная диктатура хуже несовершенной демократии, но намного лучше диктатур личных.) То, как прошла отставка Лужкова, говорит о том, что правящей партии у нас в стране нет.
ksonin: (Default)
C увольнением Лужкова политика становится интереснее. Выборы-невыборы, но большой простор для гаданий на кофейной гуще. Вот мой эспрессо-анализ.

1. Основная проблема с назначением нового мэра Москвы состоит в том, что пост мэра столицы – второй по значимости в стране. (Даже не важно – за кем.) Руководители Москвы всегда являются основными «претендентами на российский престол». Можно вспомнить не только удачливых Хрущёва и Ельцина, но и неудачников – Гришина и, собственно, Лужкова, бывшего, в сущности, совсем недалеко от премьерства с будущим президентством в 1998 году. Из этих соображений получается, что ни Собянин, ни Иванов, ни Шанцев, ни Шувалов не подходят. А Боос, например, подходит, как подходят, возможно, какие-то «тёмные лошадки». Ну и, конечно, подходят Зубков и Фрадков.

2. Проблема с «заведомо слабым» мэром, выбранным (интересно, кем?) по критерию непригодности для борьбы за власть, как выбран был когда-то вице-президентом СССР Геннадий Янаев, состоит в том, что Москва – огромный живой организм. Система власти Лужкова, выстроенная годами, превращала чуть ли не каждый московский рынок в местную монополию. Москва Лужкова - единственный, наверное, город в мире, в котором к ночи не падали цены на цветы и фрукты у уличных торговцев. (Понятно, что такое возможно только при пристальнейшем контроле – цены не падали даже на те продукты, которые заведомо не пережили бы ночь.) Из этого следует, что с падением Лужкова, контроль может ослабнуть, и, соответственно, конкуренция вырасти (на цветочном рынке она и так стала разбиваться ещё раньше). Это хорошо. Жалко, конечно, если это будет сопровождаться стрельбой.
ksonin: (Default)
Не исключено, что сегодняшнее назначение Александра Хлопонина - важный эпизод в политической жизни. Теперь в правительстве, на одновременно "расстрельной" и "катапультирующей" должности, есть человек из совершенно другой команды. Более того, это человек с большим опытом практического руководства - и крупным бизнесом, и огромным регионом - то есть его как раз можно представить и главой правительства, и руководителем страны. Это не означает, что он им станет - я только говорю про выполнение необходимого условия. Такой человек как возможный лидер страны не выглядит абсурдным.

И во время пребывания в Норильске и на губернаторском посту Хлопонин продемонстрировал и способности к уличной политике, выходя, когда надо, разговаривать с разгневанными рабочими. Ещё более удивительно, что он, говорят, довольно быстро нашёл с ними общий язык. Работа в Москве, конечно, совсем другое дело - наш "плавильный котёл" кого только не перемалывал в мелкую муку.

Эти рассуждения, конечно - типичный эспрессо-анализ (мокко, урожай 1926 года указывает также на связь между этим назначением и недавним перемещением "сибирских" генералов на кавказское направление). Сам я разговаривал с Александром Хлопониным однажды - в прошлом году на Красноярском форуме. Жалко, что он перестал быть губернатором - его взгляд на развитие высшего образования в крае мне показался на редкость адекватным. Боюсь, что в Северо-Кавказком федеральном округе образование не будет для него главным приоритетом...
ksonin: (Default)
Какая хорошая дата для выступления Дмитрия Медведева перед Федеральным собранием выбрана! Железные гарантии того, что чтобы он не сказал, никто за пределами России об этом не узнает. Если ещё не знаете, попробуйте угадать, не заглядывая в ответ, на какое число (и даже какое время) назначено выступление - в ближайшие две недели. Так, чтобы все в мире в этот момент, даже профессиональные кремленологи, думали о чём-то другом...
ksonin: (Default)
Кто думает, что жизнь "пишущей руки" (по аналогии с "говорящей головой") - политического комментатора - сплошной сахар по сравнению со сложностями научной конкисты, ошибается. Когда мне вчера, сразу после отставки правительства, позвонил редактор Moscow Times и попросил написать внеочередную колонку на эту тему, мне тоже показалось, что сахар. В "Ведомостях" же было ещё с вечера вторника всё написано (круто, кстати, даже NYT похвалила "Ведомости"). Я даже поделился сахаром - позвал Скотта Гельбаха, соавтора по исследовательской работе, написать Op-Ed вместе. 

Вот только уже через час этот сахар стал несладким - чёрт его знает, о чём говорит назначение Зубкова. Путин увеличил себе свободу маневра? Ага, а то у него её не было. (Впрочем, Алексей Макаркин правильно указывает, что эта свобода, быть может сузилась от возросшей агрессии основных претендентов.) Хотел назначить Иванова, а как увидел, что не сюрприз, передумал? Ага, типично путинское поведение - что-то передумывать по ходу. Зубков - казначей-смотрящий-за-котелком "питерских"? Ага, ведь это так естественно - назначить казначея на публичную должность. Путин сказал "Сурков", а послышалось "Зубков"? Ага, ну да. Политическому комментатору что нужно? Придумать версию, которую в одно "ага" не опровергнешь. Ну и где она?

Вот что у нас со Скоттом вышло, короче. А "Ведомости" с утра в среду читало немало комментаторов: вот подборка высказываний до новостей о Зубкове.

Profile

ksonin: (Default)
ksonin

March 2017

S M T W T F S
    1234
567891011
12 131415161718
19 202122232425
26 27 28 2930 31 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 21st, 2017 06:33 am
Powered by Dreamwidth Studios